![Free-eBooks.net](/resources/img/logo-nfe.png)
![All New Design](/resources/img/allnew.png)
– Командор, вы, я надеюсь, понимаете, что были вызваны сюда не случайно? – с этими словами бессменный руководитель Братства оглядел своего подчиненного, не вторгаясь, впрочем, в его пси-поле. Он знал, что сможет прочитать все, что ему требуется, по выражению лиц, и ему сейчас были не нужны отточенные до совершенства за несколько тысяч лет боевые навыки школы псионики. – Дело будет касаться вашей последней миссии на планете Земля.
Его подопечный, командор второго ранга группы «Альфа», был хорошо известен в кругу Братства как основатель школы тактики и стратегии, а также командир с одними из наиболее высоких показателей успешности выполнения планетарных миссий в Проявленных Мирах. Но вот Земля… Земля оказалась гораздо непредсказуемее, чем им виделось до своего рождения на ней. И недавняя их миссия на ее просторах лишь стала лишним тому подтверждением.
Командор выпрямился точно по команде «смирно», глядя, как золотистого цвета глаза предводителя Братства скользят по строчкам информационного бюллетеня, подготовленного архивистами по итогам их последнего на текущий момент задания. Строчки на иномировом языке высвечивались в воздухе перед его глазами, сверкая своим серебристым оттенком в наполнявшем помещение эфире, и нежно таяли, навсегда растворяясь в нем, чтобы затем вновь остаться сокрытыми в хранилищах архивариусов.
Иномирье – так условились называть свой мир его обитатели. Здесь не работали привычные для Проявленных Миров законы физики, химии, биологии и множества иных так называемых «наук». Мир этот сам был наукой для своих обитателей. Иномирье служило своеобразным связующим узлом между всеми проявленными мирами – точкой входа и выхода из них одновременно. Множественные порталы, соединявшие Иномирье с иными мирами и представляющие собой редчайшие по своей природе разрывы ткани времени и пространства, были щедро разбросаны по его собственному пространству рукой своего создателя. Вход в один из таких порталов становился рождением в связанном с ним проявленном мире, а в ходе так называемой смерти мог быть совершен возврат через порталы-рифты назад в него же. Такой переход всегда сопровождался облачением в ту внешнюю форму-оболочку, которая была привычной для обитателей каждого из проявленных миров, и, только оставив ее, было возможно вновь вернуться в родное, обладавшее множеством измерений, Иномирье через функционирующий портал-рифт.
Когда-то, на заре освоения этого мира, когда точные местоположения этих порталов еще не были широко известны, первопроходцы часто становились невольными жертвами различного рода казусов, связанных с этими рифтами, по неосторожности переносясь – и, таким образом, рождаясь – то в одном проявленном мире, то в другом.
Время в Иномирье текло своим, особенным образом, и путешествия в иные миры, пусть даже самые длительные, занимали, как правило, не более одного иномирового года – но, несмотря на это, даже такое временное отсутствие любого из Духов могло породить множество вопросов самого разного толка у знавших его лично собратьев. Вот что бы сказала жена какого-нибудь гуманоида из системы Альфа-Центавра, если бы ее муж ушел осматривать местные окрестности и вернулся спустя целый год? У жителей Иномирья, конечно, не было привычных для проявленных миров делений на социальные группы (иначе бы не смогло родиться Братство), и жили они бесконечно дольше их обитателей, но случайное блуждание по проявленным мирам тоже, как правило, не входило в их повседневные планы. Поэтому, после точного картографирования всех найденных на текущий момент рифтов, доступ к ним был строго ограничен исключительно для членов Братства, Вольных Странников и представителей Верховного Совета. И каждое такое рождение в проявленном мире обязательно сопровождалось своей собственной Миссией.
– Касательно вашей последней Миссии на планете Земля в звездной системе галактики Млечного Пути, командор, – продолжал лидер Братства, – как вы, должно быть, помните, мы отправили вместе с вашей группой еще одну, в которую входил ваш, по земным и духовным меркам, брат. И вы должны были…
Братство родилось как ответ на то зло, под которым содрогались – подчас до самых своих оснований – некоторые из проявленных миров, и в течение нескольких тысяч иномировых лет стало широко известно не только в своем собственном Иномирье, но даже и в некоторых из проявленных миров. Кто-то называл его Братством Духа, иные – Братством Света, иные – Рыцарями Сияющего Сердца, а наиболее уважающие его почитатели – даже Ангельским Братством. Вступая в Братство, каждый Дух Иномирья брал на себя обязательства по строжайшему выполнению его кодекса и заветов, основанных на добре, чести и справедливости. Служение делу Братства принимало множество форм в соответствии с наиболее ярко выраженными у его членов проявленными способностями.
Была в нем, к примеру, школа Псионики, члены которой специализировались на телепатии – искусстве читать мысли и ощущать чувства жителей проявленных миров и, чего греха таить, также и обитателей своего собственного мира. Это был исключительно полезный навык, особенно для молодых проявленных миров – и команды, идущие на миссию в какой-либо из них, всегда, как правило, включали в себя как минимум одного псионика.
Из других наиболее широко известных в стенах Братства школ была школа Творчества, адепты которой специализировались на мысленной визуализации идей и объектов. Подкрепленная верой мысль была основным строительным элементом Иномирья, а путем ее усиленной концентрации можно было создавать в нем не только отдельные новые предметы и наполненные ими пространства, но и в исключительных случаях даже влиять на определенные события и обстоятельства – как в Иномирье, так и в проявленных мирах.
Проявленные же миры такой роскошью, к сожалению, не обладали – но и в них адепты школы Творчества могли проявить свои дарования в доступной им форме – словесной, музыкальной, художественной и множестве иных, в зависимости от того, в каком по уровню развития цивилизации мире им предстояло рождаться.
Не последнее место занимала и школа стратегии и тактики, основателем которой являлся командор. Члены этой школы специализировались в вопросах предварительного планирования, оценки возможных рисков, формировании состава групп и иных вопросах, связанных с подготовкой команд для выполнения выбранных ими миссий, а также тактическим изменениям, которые могли произойти в случае нештатных ситуаций в мире, где была задействована одна из таких групп.
Наконец, самой престижной и уважаемой школой в Братстве была школа Пророков. Сочетая в себе множество навыков – псионики, тактики и стратегии, фантазии и мыслетворчества, исцеления душ и физических форм – эти лучшие представители Братства принимали участие лишь в наиболее важных и ответственных походах в проявленные миры в случае, если тем угрожала опасность гибели из-за чрезмерно порождаемых его жителями объемов и форм зла. Были такие и в их недавней миссии на Земле.
– …Предварительное планирование для миссии в данном проявленном мире выявило множество сложностей, с которыми впоследствии пришлось на деле столкнуться отправленной туда команде. Речь идет не только о сложностях локального характера, связанных с разбросом физических точек вхождения в пространство мира членов группы после своего ухода в рифт, но и сложностей мировоззренческого толка обитателей целевого проявленного мира…
Мысли командора плавно возвращались к событиям недавнего времени. Земля… его пятое рождение в ней. Гуманоидные обитатели, напоминающие по своим повадкам обезьян. Практически нулевые навыки псионики и мыслетворчества в среде его обитателей и одновременно с этим – крайне гипертрофированная и оторванная от духовных оснований наука, готовая стать палачом этой цивилизации. «Сложность мировоззренческого толка» – это было достаточно мягкой формулировкой для полного отсутствия прочного мировоззренческого базиса, без которого было невозможно цивилизационное строительство на долговременный по меркам Иномирья срок.
– …Не все члены команды в полной мере отдавали себе отчет о предстоящих им вызовах. Не всем пришлась по нраву гуманоидная оболочка, в которой Дух каждого из них оказался заключен после входа в пространственно-временной разрыв…
По правде сказать, ему, командору группы «Альфа», приходилась по вкусу далеко не каждая физическая форма. Наибольшую личностную симпатию в нем вызывали различные кибернетические оболочки, которыми обладали представители некоторых из механизированных цивилизаций Проявленного – но миссий в таких цивилизациях было, как правило, не очень много, в том числе в связи с тем, что часть из этих цивилизаций все-таки канули в иномировую лету еще на заре своего становления. Кремниевые тела тоже были достаточно хороши для задач, связанных с активным противодействием вредоносным представителям галактических цивилизаций – а именно такого рода миссии обычно и старался брать на себя командор. Наиболее же удобными и практически не требующими дополнительной адаптации телами можно было считать эфирные тела жителей нескольких цивилизаций созвездия Иллюона, уже знавших о существовании Иномирья и рифтов, и способных видеть и чувствовать его представителей в среде себе подобных. Самыми же хрупкими и ненадежными командор считал именно биологические формы – то есть как раз такие, какими обладали жители той самой Земли. Было ли это личное пристрастие к технике, или же тот самый очень неоднозначный опыт жизни в теле гигантской бабочки на планете Альмарей – трудно сказать за командора. А вот про «не всем пришлась по нраву гуманоидная оболочка» – это было точно про него.
– …Ошибки, косвенными последствиями которой стала начавшаяся на данной планете мировая война, продолжающаяся и к настоящему моменту нашего с вами, скажем так, диалога.
Да, эти обезьяны-безумцы все-таки развязали свою новую, третью по счету, мировую войну. И в этом была вина в том числе и его группы поддержки. Недопланирование. Недостарание. Недорезультат. Слишком много «недо». В день, когда взрывная волна одной из сброшенных на город бомб уничтожила его физическую оболочку, а портал Иномирья забрал его Дух назад, он не находил себе места от тоски. А сейчас… часть отправленной под его руководством команды, будучи физически уничтоженной на Земле, уже была вместе с ним в Иномирье, а часть же все еще продолжала сражаться на Земле. И он чувствовал себя совершенно разорванным – не иметь возможности помочь оставшимся и не иметь смысла помочь вернувшимся. То, что за эту неудачу его могут на длительный срок лишить чести быть частью Братства – об этом он уже даже и не беспокоился.
– …Тем самым остановив наиболее серьезные потенциальные разрушения и дав возможность отправки дополнительной группы. В связи со сложившимися обстоятельствами мы вынуждены почтить светлую память принесшего себя в жертву через обряд Светоотдачи…
– Почтить… память? – точно вынырнув из своих воспоминаний, озадаченно взглянул на своего лидера командор.
– Брат Леллиан окончил свой путь, как вам должно быть это известно, – спокойно и холодно взглянул на него предводитель.
– Да, я в курсе, что его физическое тело было уничтожено пулей американского снайпера, но после своего возвращения в Иномирье он…
– Вы, кажется, не до конца поняли, командор, – и бессменный лидер Братства пристально взглянул ему в глаза. – Ради спасения их мира он пожертвовал собой в нашем.
11.12.2017